Сыр, за который не стыдно перед коровой

Бабушкин сепаратор, дедов погреб и упрямство

Всё началось с того, что бабушка Нина отказалась сдавать молоко на молокозавод за копейки. В 1998 году она выменяла у соседей старый сепаратор, а дед Пётр выдолбил в склоне за домом погреб два на три метра — тот самый, где сейчас лежат наши первые головки. Первый «Вересковый» получился кривым, солёным и таким вкусным, что очередь из соседей выстроилась раньше, чем он успел остыть.

Дальше было десятилетие проб и синяков: сын Сергей уехал учиться на технолога в город и вернулся с термометром, pH-метром и жёстким правилом «никакого сухого молока». Невестка Марина завела тетрадь, куда до сих пор записывает каждую варку — номер, погоду, чем кормили коров и что играло по радио. Этих тетрадей накопилось уже одиннадцать, и по ним видно: лучший сыр получается, когда коровы неделю паслись на верхнем лугу, где цветёт вереск.

Сегодня на ферме работаем мы втроём плюс внук Тимофей, который отвечает за погреб и за кота Сыроеда. Стадо — четырнадцать коров, у каждой имя и характер: Марта даёт самое жирное молоко, а вредная Иволга признаёт только доярку Люду. Мы не хотим становиться заводом. Хотим, чтобы через двадцать лет кто-нибудь так же разрезал наш двухлетний «Дедов» и сказал: «Вот это — настоящий».